[Relictum]

Всем:
Давайте вернемся немного назад. К тому, что Карлос был, прежде всего, художник. Человек искусства. Собственно, так и дают определение «тольтек» - человек искусства.
Его юношеские и не очень воспоминания и впечатления о культуре курандеро и перуанском искусстве в целом - это не абы какая пружина для творческого человека.
Карлос хотел себя выразить в стиле, который в грубой и архаичной примитивности по форме отражал бы тончайшие томления духа современности. Это такой себе модернизм второй половины 20 века. Как его обозвали – постмодерн.
В силу своего темперамента Карлос посвятил искусству огромную часть своего времени. Фактически, он только тем и занимался, что лепил и рисовал все свободное время. Пока происходило его становление как «американца». Может, таким образом, он находил еще и отдохновение от нервозной жизни. Но он, главным образом, хотел стать «великим художником своего времени».  Однако постепенно он понимал, на фоне жизни искусства и его деятелей вокруг, что его мечты - только мечты. И как раз в этом время он увлекается социальной антропологией    .
Мир, в котором варился Карлос, сочетал в себе его имманентное, то есть замкнутое в себе, пространство его личности и бесконечные тусовочные влияния. Как понятно, неудачи в искусстве и социальная необустроенность ослабили доминирование мира внутреннего и обратили Карлоса вовне. И социальная антропология и посещение тусовок – все это есть следствие поиска новых идей и линий жизни. Карлос решил стать великим знатоком людей и находил, что тусовки на почве наркотиков и идей экзистенциализма - это не совсем то, что он назвал бы «необычным». Тут мы видим все того же Карлоса с его идее выразить томления духа времени в архаически грубой и примитивной, но не вульгарной, форме. Только теперь это не скульптура или живопись. Теперь это ЯЗЫК.
Карлос, как творец, конечно же, имел свои воззрения на все тусовочные течения, которые позже породили Нью Эйдж или трансперсональную психологию. Творец имел свое видение, даже позицию на этот счет. И он в силу обстоятельств или судьбы нашел и форму для выражения этих своих мыслей и образов. Антропологию, то есть психологию, физиологию и философию. Глиной же этой формы был ЯЗЫК.
Карлос явно недолюбливал культуру «духовности» во всех ее проявлениях - от психоделии до социального нонконформизма. Его интересовали факты. Точнее феномены. И Карлос даже завел себе блокнотик, где фиксировал, по его мнению, достойные внимания моменты.
А потом он встретил кого-то, курандеро куриозо, кто стал известен под именем «Хуан Матус».
И «блокнотик феноменов» стал образом жизни Карлоса. Одно дело слушать малахольных жителей мегаполисов с их томлениями духа времени, но соврешенно бессмысленным образом жизни, с их утонченной никчемностью, и другое – общаться с людьми, которые неожиданно первородны. И только этим харизматичны.
У Карлоса было свое «бегство» от социализации. Культурнохудожественно-философское. В отличие от чисто внешне-показного духовного и затырического противопоставления себя социуму у подавляющего большинства тусовщиков того времени. Да и не только того. Если сейчас посмотреть вокруг, то этот показушный и пустопорожний процесс повторяется раз за разом, а таких содержательных в своем роде людей, как Карлос, всегда было мало. Вот так Карлос и воплотил свой замысел: томления времени в его интерпретации были выражены в пластике «примитивноархаического» учения. Однако за первым слоем открылись и другие пласты. Пласты абстрагирования и от личных интерпретаций, и от томлений времени, и от каких бы то ни было «учений». Обнажилось нечто невыразимое ни одним методом. Нечто ускользающее.
Вот так я и вижу ядро деятельности Карлоса. Не принимая,
конечно, в расчет его маневры, манипуляции, розыгрыши и чистый стеб с цинизмом над тусовкой. В конце концов, эссенция деятельности Кастанеды значительно интересней для людей, настроенных мистически, но не оставляющих критического взгляда на вещи. А вся эта клоунада - для жаждущих мистической культурки и волшебного Санта Клауса целый год, а не только на рождество. Да и таким образом, одетая в рубище комедии, не выхолащивается и некая сакральная суть ядра всей деятельности. Если бы было одно ядро, то Клиэргрин вряд ли просуществовало бы долго. Каждый человек это сочетание глупости и тайны, загадки вселенной. Фарс и вечное идут рядом. Да, так что выглядит это все радикальномодернистски, «вопреки», но на самом-то деле это все постмодерн – «все это уже было».
Тут мы соприкасаемся с другой темой.
Посмотрите, как трогательны лица чакмул, трекеров и элементов. Как они стараются. Не менее занимательны лица и внимающие Клиэргрин. А как драматичны потуги когорты воинов всех мастей…Как отчаянно смешивают они йогу, цигун, неошаманизм, буддизм, индуизм, даосизм и называют это частенько «учением тольтеков». Как пафосно и экзальтированно некоторые борются с социализацией в виде просто окружающих людей и обстоятельств, как озверело отрицают эти революционеры тусовки все и вся…Как сыплют терминами и как ведут незримый бой с «профанами». Еще более вычурны интеллектуалы от НЛП и психологии.
Но проблема выглядит более рельефно, если взять так называемых потенциальных носителей культуры. Пронаблюдайте Индию или Тибет…Или Китай. Вы увидите тот же декаданс, упадок и лишь финансово-пирамидальный, сектантский бизнес-модерн в области мистики. Или выродившийся до состояния психопатологии и варварства якобы древний и традиционный мистицизм. Так что наши – еще дети. Потенциальный источник дохода.
Карлос Кастанеда описал все это еще в конце 60х. Что уж говорить о начале века 21го.
Так что давайте ценить то, что у нас еще осталось и видеть конструктивное за покровами глупости и невежества.
Ведь у нас, если вы понимаете, о чем я говорю, и выхода-то другого нет…