[Relictum]

Всем:

Совершенно очевидно, что Кастанеда это элитарный писатель. Не для среднего ума.
Это я вам как последовательный Хуанист-Матусист говорю. Существовал ли Хуан Матус или он был выдуман для «авторитетных ссылок» самим Кастанедой – это в данном случае не имеет значения. Есть факт: изложенное учение. И источником его назван Хуан Матус.
При всем своем гении, транслировавший в современный синтаксис некое учение, Карлос Кастанеда своими практической деятельностью только и делал, что экспериментировал с его модификациями. Взять хотя бы компанию Клиэр Грин. Согласен был Кастанеда с ее деятельностью или нет, но он был молчалив и не мешал, мало того был идеологическим вдохновителем активности данной компании. А деятельность данной группы людей породила нечто диссонансное с духом книг самого Кастанеды. Поэтому я и говорю, что я «хуанист-матусист», а не «кастанедовец», «кастанедист», «тольтек» или «нагвалист». Эти названия уже зарезервировали для себя потребители масскультурки во всех ее красотах. С моей предвзято субъективной точки зрения, Карлос, будучи большим оптимистом и авантюристом в молодости, под старость стал мизантропом. Являясь, возможно, наиболее фундаментальным хуанистом, он просто надругался и глумится даже на том свете над почитателями своей популярности. Философский стеб - вот что стоит за его байками про «последнего героя в линии». И ничего более. Карлос таким образом просто сказал: нет тех, кто понял. Некому передавать. А уж что там по этому поводу подумали средние умы его почитателей – это уже проблема масскультурки, а не Карлоса. И команда Клиэр Грин -  фронт его насмешки.
Заметил ли кто-нибудь из по-читателей таланта Кастанеды за тусовочной возней контекст его книг? Скажем, философский. Думаю, нет. Если даже слушатели его курсов Мэрилин Тюнешенд и Армандо Торрес несут полный бред. Тюнешенд – тупая, Торрес – поумней. Налицо спектр. Спектр глупости и эгомании, попсы под маской мистики. Лицо по-читателя. А ведь если задуматься, то Кастанеда сделал не актуальными таких авторов как Сартр, профессор Судзуки, и весь психологический постмодернизм, основанный на так называемой «йоге запада», т.е. на философствовании а ля Юнг. Мало того, если задуматься, чего не делает почитатель Кастанеды, Карлос снял основной вопрос полемики буддистов и индуистов.
Но точно также нельзя забывать и те страшилки, которые он и его подруги спустили со стапелей в массовое сознание поклонников неизвестного.
Давайте прикинем, как возможную версию, возникновение культовых текстов.
Есть определенного типа тусовка, где циркулируют определенного вида взгляды, зреют определенного типа идеи.
Начало 20го века было отмечено революционными изменениями и разочарованиями в сфере философии, естественных наук, психологии, антропологии и прочего. А уж про социальные изменения и напоминать нечего. А потом наступил постмодерн – авангардизм и нигилизм, сиюминутность югендстиля сменились иронией и сакрказмом зрелости. Отчуждение человека от мира, оковы социума и цивилизации, война и невроз, абсурд существования отразились в экзистенциализме. Какой космос, какие футуристы? Какие свершения огненные? Какой мессия? Человек – это раб своего абсурдного существования. Постоянно переливающий из пустого в порожнее и не создающий ничего нового на самом деле, а лишь постоянно, на якобы новом уровне, повторяющий старое. Психологизм и субъективное заменили наивные титанические потуги по изменению и прогибанию миров.
«Новый человек» и его проблематика становится чуть ли не основной темой философии. Кризис эволюции. Разум или тело? Что дальше. Сейчас мы имеем развитие этого процесса в виде генетических модификаций, клонов и воспевания некоторыми шизофрении. То есть, в конце концов, некоторые товарищи, сводят бога к бессознательному, а «подобие богу» к шизоидности «особого рода».
Классическое «невозможное» превратилось «возможны варианты». А «пределы» стали искать в своем субъективном, что равновалентно в «бессознательном». Сакральные усилия свели к тому, что есть некие особые формы поисков и транформаций в бессознательном, которые раньше называли «просветлением» или «нирваной». Да и вообще, если проследить культовые идеи середины 20 века, которые продолжают питать нынешние, то это модернизм и постмодернизм на темы индуизма и буддизма, христианства, мистицизма. Говоря иначе, контр-аутентизм, контр-традиционность.
Вот из такой среды, из такого вот «компоста» выросли и Кастанеда и нью эдж и трансперсональщики. То есть Кастанеда это вовсе не рядовое научно-популярное чтиво для желающих приобщиться к культурке или поторчать на манер толкинистов. Не массовая идеология это и не телешоу «Дурдом-2». Тут надо хотя бы знать пару предпосылок, чтобы понять общее и обнаружить разницу. А кто их знает, эти предпосылки, из почитателей, кому нужна разница?
Знаете, Фрейд придумал «бессознательное», но он говорил, что это «вытесненное из сознания». Сексуальность (Либидо) и дырка с палкой. Ничего сложного.
Юнг, как говорят, пошел дальше. Но куда дальше? Дальше в чем? В том, что он расширил либидо до жизненной энергии вообще и классифицировал статистически сюжеты бессознательного? Но это же не ново. Известно, что сюжетов всего 64, а если сократить, то 12. Поправим а ля китайский даосизм, выходит – восемь. Да весь Юнг выходит.
И если Фрейд как бы сказал, что бессознательное – это инфантильная грыжа сознания, то Юнг наделил эту грыжу автономией аж до скрытого центра нашего естества, противостоящей сознанию. Мало того, запузырил, что это де и есть «атман» или «не-я» буддистов.
Но дело-то в том, что все это юнгианское «коллективное бессознательное» лишь производная от Фрейда. То есть вторая производная сознания. По сути – сознание. Нет никакого альтернативного центра. Нет никакой расщепленности, преодолеваемой индивидуацией, которая, мол, и есть процесс «просветления». Есть лишь модернизм и небольшие подтасовки понятий и явлений на основе личной позиции Юнга. То есть ни буддисты, ни даосы, ни индуисты тут не причем. Не при-чем.
А ведь вся теория тренсперсональной психологии зиждется на Юнге. А эта трансперсональщина – самая навороченная психология. Столп номер 4ре психологии вообще. Считающий себя чуть ли не модернизированным аналогом мистики. Мистикой запада себя считающий.
В общем, психологизация сакрального и мистики в расцвете.
Ничего сейчас не рассматривают восточного на западе иначе, чем через призму вот этого «западного мистицизма». Веданта, дзен, тантризм Тибета и даосизм – все потонуло в этом болоте. На днях я видел фильм, якобы про индейских сказителей и снова – тот же трансперсональный, юнгиантский душок. Даже не юнгианский, а как бы гностический.
Были как бы такие себе чуваки, протохристиане, которые считали, что человек разделен с богом. Расшеплен. Но в человеке есть божья искра и она ведет человека назад – к богу. Берем недалекое прошлое, мистико-философский модернизм и трактуем расщепление, грех, как «шизоидность», искру божью – как альтернативный центр личности, который против греха и который Бог, а процесс индивидуации – соединением с богом. Миленько. Мало того, с точки зрения вот такого модернизма, во всех же религиях и мистиках находим «тоже самое» и объявляем это «архетипом» Веры и Единения. Чудо прямо выходит.
Замечательно, феерически. Невроз, как реакцию индивида на цивилизацию, поправляем на «шизоз», развешиваем бусы разделенности человека и природы, человека и бога, человека - на разум и желания, заброшености личности в абсурде бытия, не востребованности среди людей, аффектов вражды и смерти и получаем замечательный винегрет последней версии индульгирования богемного разлива. Мотор всей шизотерики.
Непосредственно настоящая мистика и религия нервно как бы курят в сторонке. Они уже не при делах.
Но знают ли модернисты, что в этой самой мистике НИКОГДА не говорилось о расщепленности или отделенности? Что человек – искра божья, это не в отдельно взятой башне шизотерика, а вовне. Что трансцедентальное не в «бессознательном», а вовне сознания и его производных. Что интеллект и интуиция – это атрибуты одного и того же.
Что когда человека изгнали из рая, он УЖЕ был «обособлен» от Бога, создан им…
Когда наблюдаешь, что вытворяют Клиэр Грин и их последователи, которые считают себя причастными к Кастанеде, то начинаешь сомневаться в том, что сам Кастанеда был как-то отличен от модернистов. Но есть же еще и его книги непосредственно…